Сейчас мы переживаем знаменательный момент в мировой истории.
Происходит трансформация технологий, и её сторонники утверждают, что она навсегда изменит мир.
Но цена этой трансформации - колоссальные инвестиции, масштабы которых не имеют исторических аналогов.
И всё громче звучит тревожный вопрос:
Не надувают ли ведущие корпорации мира крупнейший пузырь нашего времени?
Хочу начать с обычных оговорок.
Я не являюсь специалистом в области технологий и знаю об ИИ не больше, чем большинство инвесторов-любителей, но я постараюсь ответить как можно лучше.
Любой пузырь можно охарактеризовать, как появляется нечто новое и казалось бы, революционное, и проникает в сознание людей.
Это захватывает их воображение, и волнение становится ошеломляющим.
Первые участники получают огромную прибыль - те, кто просто наблюдает, испытывают невероятную зависть и сожаление (и движимые страхом упустить возможность) - вкладывают средства.
Они делают это, не зная, что принесет будущее, и не беспокоясь о том, можно ли ожидать от уплачиваемой ими цены разумной прибыли при приемлемом уровне риска.
Конечный результат для многих инвесторов неизбежно болезненный в краткосрочной и среднесрочной перспективе, хотя через достаточное количество лет можно оказаться в выигрыше.
Итак, искусственный интеллект очевидно меняет ситуацию в каждой отрасли.
От генеративного ИИ и технологий распознавания речи до медицинской визуализации и оптимизации цепочек поставок - искусственный интеллект уже сейчас предоставляет компаниям вычислительные ресурсы, инструменты и алгоритмы, необходимые их командам для эффективной работы.
Но существует ли пузырь в сфере ИИ?
Я думаю, даже сам вопрос неоднозначен.
Я считаю, что существуют две разные, но взаимосвязанные возможности возникновения пузыря: одна связана с поведением компаний в отрасли, а другая - с поведением инвесторов по отношению к этой отрасли.
Я совершенно не в состоянии судить о том, оправдано ли агрессивное поведение компаний, занимающихся ИИ, поэтому я постараюсь сосредоточиться в основном на вопросе о том, существует ли пузырь вокруг ИИ в финансовом мире.
Основная задача моей ниши состоит в том, чтобы изучать компании (и другие активы) и оценивать уровень и перспективы их внутренней стоимости и принимать решения на основе этой стоимости.
Большая часть изменений, с которыми люди сталкивается в краткосрочной и среднесрочной перспективе, связана с ценой актива и ее соотношением к базовой стоимостью - это соотношение, в свою очередь, по сути, является результатом психологии инвестора.
Я не буду здесь фокусироваться на пузыре японских активов, которые привели к потерянному десятилетию стагнации (я писал об этом очень подробно в канале), пузыре ипотечного кредитования или каких либо еще.
Исторические параллели важны, и история рифмуется.
На мой взгляд, проще всего разделить пузыри на две категории.
Первая, когда рынки взлетают на основе какого-то нового финансового чуда, а затем рушатся - уничтожая богатство.
С другой стороны, пузыри перелома, основанные на революционных разработках, которые ускоряют технологический прогресс и создают основу для более процветающего будущего, но и они в процессе уничтожают богатство (параллель между тем, что происходит сегодня в сфере ИИ, и железнодорожным бумом 1860-х годов).
Для меня главное - не стать одним из тех, чье богатство уничтожается в процессе достижения прогресса.
Можно было бы подумать, что потери, понесенные при лопании прошлых пузырей (поколения людей перемолотые эпохой), отбили бы желание создавать следующий, но этого не происходит, и я уверен, что никогда не произойдет.
Благоразумие и естественная неприязнь к риску не сравнятся с мечтой разбогатеть на революционной технологии, которая, как все знают, изменит мир.
Но в действительности финансовые пузыри финансируют строительство инфраструктуры, необходимой для новой технологии, и тем самым ускоряют ее внедрение, иными словами, пузыри, основанные на технологическом прогрессе, хороши, потому что они побуждают инвесторов вкладывать деньги - значительная часть которых потом растрачивается для массового освоения новой перспективной области и таким образом, дают толчок ее развитию.
Если бы люди оставались терпеливыми, осмотрительными, аналитическими и настойчивыми в отстаивании своих ценностей, на разработку любой новых технологий потребовалось бы много лет, а возможно, и десятилетий.
Вместо этого, истерия, вызванная пузырем, приводит к тому, что этот процесс сжимается до очень короткого периода - естественно часть денег уходит на инвестиции, меняющие жизнь победителей, где большая часть сжигается впустую.
Теперь перейдем к главными вещами.
Что мне известно?
Во-первых, я не встречал никого, кто бы не верил, что искусственный интеллект обладает потенциалом стать одним из крупнейших технологических достижений всех времен, способным изменить как повседневную жизнь, так и мировую экономику.
Я также знаю, что в последние годы экономика и рынки стали все больше зависеть от ИИ: искусственный интеллект составляет очень большую часть общих затрат компаний.
Вложения в развитие потенциала искусственного интеллекта составляют значительную долю роста ВВП США, акции компаний, занимающихся искусственным интеллектом, стали источником подавляющей части роста индекса S&P 500.
80% дохода – это влияние ИИ.
Просто вдумайтесь в это.
Кроме того, я как участник рынка считаю важным отметить, - хотя рост акций компаний, связанных с ИИ, составляет непропорционально большую долю от общего роста всех акций, ажиотаж, который ИИ вносит на рынок, безусловно, способствовал и росту стоимости компаний, не связанных с ИИ.
Акции компаний, связанных с искусственным интеллектом, продемонстрировали астрономический рост, во главе с Nvidia, ведущим разработчиком компьютерных чипов для ИИ.
С момента своего основания в 1993 году и публичного размещения акций в 1999 году, когда ее оценочная рыночная капитализация составляла 626 миллионов долларов, Nvidia на короткое время стала первой в мире компанией, стоимость которой оценивается в 5 триллионов долларов.
Это примерно 8000-кратный рост, или около 40% в год на протяжении более 26 лет.
Неудивительно, что это вызвало такой ажиотаж.
NVIDIA занимается проектированием и моделированием решений для самых разных сфер - от игровой индустрии и цифрового творчества до технологий автономного вождения и робототехники.
Компания разрабатывает комплексные платформы для создания и развертывания автономных систем на базе искусственного интеллекта, а также решений для высокопроизводительных вычислений в производстве, логистике, здравоохранении, умных городах и розничной торговле, и кроме того, её технологии лежат в основе обработки данных и облачной инфраструктуры.
Короче говоря, компания NVIDIA стала пионером в области ускоренных вычислений для решения задач, с которыми не справляется никто другой.
Их работы в сфере искусственного интеллекта преобразуют крупнейшие отрасли мировой экономики и оказывает глубокое влияние на общество.
Если новая технология считается революционной, то неизменно предполагается, что ведущие компании, обладающие этой технологией, будут иметь огромную ценность.
Но насколько точным окажется это предположение?
Но из ~3000 компаний, существовавших еще несколько десятков лет назад, выжили только три автомобильные компании.
(К 1929 году на рынке оставалось лишь около 44 действующих производителей, однако Великая депрессия 1930-х годов окончательно зачистила отрасль, и к середине двадцатого века рынок оказался сконцентрирован в руках большой тройки - Ford Motor Company, General Motors и Chrysler).
Таким образом, автомобили оказали огромное влияние на мир, но противоположное влияние на инвесторов.
В настоящее время в сфере искусственного интеллекта есть несколько очень сильных лидеров, включая некоторые из самых могущественных и богатых компаний мира.
Так что новые технологии, часто приводят к разрушительным последствиям.
Есть два главных фундаментальных риска - мы знаем очень мало или совсем ничего о прибыли, которую ИИ принесет, и о его влиянии на компании, не использующие ИИ.
Мы не знаем станет ли ИИ монополией или дуополией, где одна или две ведущие компании смогут устанавливать высокие цены на свои возможности.
Или это будет высококонкурентная борьба за рынок, где множество фирм будут конкурировать по цене за услуги ИИ, превращая их в товар широкого потребления.
Или, что пожалуй, наиболее вероятно, это будет сочетание ведущих компаний и специализированных игроков, некоторые из которых будут конкурировать по цене, а другие - за счет собственных конкурентных преимуществ.
Может ли это стать отдельным глобальным рынком?
Нам говорят, что сервисы, которые сейчас обрабатывают запросы ИИ, такие как ChatGPT и Gemini, теряют деньги на каждом запросе - но для участников новой отрасли такая модель не редкость - некоторое время предлагать приманки для клиентов.
Короче говоря, в гонку за лидерство в области ИИ вкладываются сотни миллиардов долларов, и мы не знаем кто победит, и каков будет результат.
Очевидно, что ИИ станет отличным инструментом для повышения производительности труда, но приведет ли эта возможность сокращения затрат к увеличению прибыли компаний, которые ее используют?
Или же это просто спровоцирует ценовые войны между этими компаниями в борьбе за клиентов?
Возможно ли, что ИИ повысит эффективность бизнеса, но не увеличивая его прибыльность?
Критики утверждают, что к опасениям добавляется еще и то, что некоторые сделки, заключенные OpenAI с производителями микросхем, компаниями облачных вычислений и другими, носят странный замкнутый характер.
OpenAI должна получить миллиарды от технологических компаний, но также отправляет миллиарды обратно тем же компаниям для оплаты вычислительных мощностей и других услуг.
Компания Nvidia заключила ряд сделок, которые вызвали вопросы - она объявила о намерении инвестировать 100 миллиардов долларов в OpenAI.
Но этот же стартап производит покупки или аренды чипов Nvidia.
Все это поднимает вопрос о том, не создала ли индустрия ИИ круговой двигатель?
Отсюда следует главный фундаментальный пробел, который я должен честно зафиксировать:
Я не могу знать каков будет срок службы чипов для ИИ, на сколько лет роста прибыли следует рассчитывать при определении коэффициентов P/E для акций компаний, связанных с ИИ, прослужат ли чипы и другие элементы инфраструктуры достаточно долго, чтобы погасить долг, взятый на их приобретение, будет ли достигнут искусственный общий интеллект (машина, способная делать все, что может делать человеческий мозг), означает ли это конец прогресса, или возможны дальнейшие революции, и какие компании одержат в них победу, достигнут ли компании положения, когда технологии стабильны, и они смогут извлекать из них экономическую выгоду - или новые технологии будут постоянно угрожать вытеснением старых, становясь путем к успеху.
Всё это риск.
Проблема ИИ заключается в необычном характере этой новой технологии - это не бизнес, который проектирует и продает продукт, зарабатывая деньги, если цена продажи превышает стоимость исходных материалов.
Это аппарат, который строиться прямо сейчас в воздухе, и только после его постройки мы будем знать, на что он способен и будет ли кто-нибудь платить за его услуги.
Это должно заставить задуматься тех, кто до сих пор полностью понимал природу бизнеса, в который инвестировал.
Очевидно, что ценность технологии, которая равна или превосходит человеческий мозг, должна быть очень велика, но разве она не выходит за рамки простых вычислений.
Аналитики JPMorgan произвели приблизительные расчёты на салфетке (а возможно, и на скатерти), и оценили стоимость строительства инфраструктуры в 5 триллионов долларов.
Кто знает, насколько это верно.
Oracle, Meta и Alphabet выпустили 30-летние облигации для финансирования инвестиций в искусственный интеллект.
В случае последних двух доходность облигаций превышает доходность казначейских облигаций аналогичного срока погашения на 100 базисных пунктов или меньше.
Разумно ли мириться с 30 годами технологической неопределенности ради инвестиций в инструменты с фиксированной доходностью, которые приносят немногим больше, чем безрисковый долг?
И смогут ли инвестиции, финансируемые за счет заемных средств – в микросхемы и центры обработки данных – поддерживать свой уровень производительности достаточно долго, чтобы эти 30-летние обязательства были погашены?
Еще один из ключевых рисков, который следует учитывать, - это возможность того, что бум строительства центров обработки данных приведет к переизбытку предложения.
Некоторые могут стать нерентабельными, а некоторые владельцы обанкротиться.
В этом случае, новое поколение владельцев может выкупить центры за бесценок у кредиторов, которые конфисковали их имущество, и получить прибыль, когда отрасль стабилизируется.
Это процесс, в котором созидательное разрушение приводит рынки в равновесие и снижает издержки до уровня, который сделает будущий бизнес прибыльным.
Весь мир построен на долгах - долг сам по себе не является ни хорошим, ни плохим явлением.
Точно так же использование заемных средств в индустрии ИИ - не следует ни приветствовать, ни бояться.
Все сводится к доле долга в структуре капитала, качеству активов или денежных потоков, под которые вы предоставляете кредит, альтернативным источникам ликвидности заемщиков для погашения; и достаточности запаса прочности, обеспечиваемого кредиторами.
Время покажет, какие кредиторы сохранят дисциплину в сегодняшней нестабильной обстановке.
Несомненно, сегодняшнее поведение людей носит спекулятивный характер, то есть основано на предположениях относительно будущего.
Также несомненно, что никто не знает, что ждет нас в будущем, но инвесторы делают ставки.
Я понимаю, что мне не хватает знаний, чтобы высказывать своё мнение об ИИ, но я кое-что знаю о ценах.
Поэтом я начал с того, что цена уплачиваем в конкретный момент - стоит на первом месте.
Я должен подвести здесь итоги своим фундаментальным (воображаемым мыслям): революция в области ИИ отличается от предшествующих ей технологических революций одновременно и прекрасными, и тревожными моментами.
Искусственный интеллект может оказаться не инструментом для человечества, а скорее заменой.
Технологии искусственного интеллекта развиваются невероятно быстрыми темпами, возможно, оставляя человечеству совсем мало времени на адаптацию.
Приведу два примера:
IT рынок умирает - кодирование, которое 60 лет назад мы называли компьютерным программированием, является своего рода индикатором влияния ИИ.
Во многих передовых командах разработчиков программного обеспечения они больше не пишут код; они вводят то, что хотят, а системы ИИ генерируют код для них.
Черт возьми, я полный технический неандерталец, который теперь пишет многослойный код для своих работ - люди учились этому десятки лет.
Программирование, выполняемое ИИ, находится на мировом уровне, чего еще год назад не было.
У меня нет никаких сомнений в том, произойдет ли замена человека в этой отрасли.
В сфере цифровой рекламы, когда пользователи входят в приложение, ИИ занимается подбором контента, показывая им рекламные объявления, адаптированные к предпочтениям, проявленным ими при предыдущем просмотре.
Для выполнения этой работы не требуется участие человека.
Поэтому рост спроса на ИИ кажется совершенно непредсказуемым.
Внедрение сегодня может не иметь ничего общего с внедрением завтра, потому что через год-два ИИ может быть способен в 10 или 100 раз больше, чем сегодня.
Таким образом, как можно сказать, сколько центров обработки данных потребуется - и как даже успешные компании могут знать, сколько вычислительных мощностей нужно заключить в контракт?
Железные дороги были пузырем, и они преобразили мир.
Электричество было пузырем, и оно навсегда изменило человечество.
Я не желаю возникновения пузыря, и наоборот, надеюсь, что мир не столкнется с еще одной рецессией в течение многих лет.
Но, учитывая объем долга, который сейчас вкладывается в строительство центров обработки данных для ИИ, я думаю, маловероятно, что ИИ станет первой преобразующей технологией, которая не будет перенасыщена и не повлечет за собой кратковременную болезненную коррекцию.
Я считаю, что в отличие от интернет-пузыря, продукты на основе ИИ уже существуют в больших масштабах, спрос на них стремительно растёт, и они приносят всё большую прибыль.
Например, Anthropic, один из двух лидеров в разработке моделей для программирования ИИ, увеличил свою выручку в 10 раз за последние два года (для тех, кто не изучал высшую математику, это 100-кратное увеличение за два года).
Выручка от Claude Code, программы для программирования, которую Anthropic представила в 2025 году, уже составляет 1 миллиард долларов в год.
Выручка другого лидера, Cursor, составила 1 миллион долларов в 2023 году и 100 миллионов долларов в 2024 году, и более 1 миллиарда долларов в 2025 году.
Во время интернет-пузыря (1998-2000 годов) коэффициенты P/E были намного выше для Microsoft - чем сегодня для крупнейших игроков в сфере ИИ: Nvidia, Microsoft, Alphabet, Amazon и Meta (у OpenAI нет данных о прибыли).
Фактически, Microsoft сейчас продаётся со скидкой 50% по сравнению с коэффициентом P/E 26 лет назад.
Учитывая такой фактор неопределенности есть ли у меня окончательный вывод?
Да, есть.
Мы можем строить теории о том, является ли нынешний энтузиазм чрезмерным, но мы не узнаем этого до тех пор, пока не пройдут годы - пузыри лучше всего выявлять задним числом.
Для тех, кто верит, доказательства не нужны.
Для тех, кто не верит, доказательства невозможны.
Мое мнение такое: наблюдается устойчивая тенденция, когда трансформационные технологии вызывают чрезмерный энтузиазм и инвестиции, что приводит к созданию избыточной инфраструктуры и завышенным ценам на активы, эти излишества ускоряют внедрение технологий таким образом, который был бы невозможен без них.
Общепринятое слово для обозначения этих излишеств - пузыри.
Искусственный интеллект обладает потенциалом стать одной из величайших технологий, способных произвести революцию в истории.
Как я уже писал выше, в настоящее время ИИ вызывает огромный энтузиазм - если этот энтузиазм не приведет к образованию пузыря, соответствующего исторической модели, это будет беспрецедентным случаем.
Образовавшиеся в этом процессе пузыри обычно приводят к убыткам для тех, кто их подпитывает.
Убытки в значительной степени обусловлены тем, что новизна технологии делает масштабы и сроки ее воздействия непредсказуемыми.
Это, в свою очередь, позволяет слишком позитивно оценивать компании на фоне всеобщего энтузиазма и затрудняет определение того, кто выйдет победителем, когда все уляжется.
Невозможно в полной мере воспользоваться потенциальными преимуществами новой технологии, не подвергнувшись при этом риску убытков, которые возникнут, если энтузиазм, а следовательно, и поведение инвесторов окажутся чрезмерными.
Поскольку никто не может с уверенностью сказать, является ли это пузырем, я бы посоветовал никому не вкладывать все средства, не осознавая, что в случае неудачи они рискуют разориться.
Но в то же время, никто не должен оставаться полностью в стороне (если он того желает), - и упустить один из величайших технологических шагов вперед.
Умеренная позиция, применяемая избирательно и осмотрительно, представляется наилучшим подходом.
Разумные инвестиции в искусственный интеллект, - как и во всё остальное, - требуют трезвого, проницательного суждения и умелой реализации.
Поэтому пора переходить к деталям:
В базовых моделях следующего поколения Apple будут использоваться разработанные на заказ модели Gemini и облачная инфраструктура Google, поддерживающие функции Apple Intelligence и новую персонализированную Siri.
Долгосрочная стратегия Google находит отражение и в её облачных и чиповых разработках.
Собственные чипы предназначены для снижения удельных вычислительных затрат для облачных сервисов и приложений искусственного интеллекта, а не для прямой конкуренции с графическими процессорами NVIDIA.
По прогнозам Morgan Stanley, в 2026 году производство чипов достигнет 5 миллионов единиц, а себестоимость единицы продукции будет примерно на 30% ниже, чем у NVIDIA.
В сочетании с развитием облачных технологий эта вертикальная интеграция повышает гибкость получения прибыли, избегая при этом зависимости, с которой сталкивается Nvidia в плане цепочки поставок.
Хотя это напрямую не угрожает NVIDIA, это все равно укрепляет долгосрочную прибыльность Google в сфере искусственного интеллекта и облачных технологий.
Конкуренция между компаниями огромно.
Alphabet по-прежнему отстает от NVIDIA по оценке стоимости из-за различий в бизнес-моделях: продажи оборудования NVIDIA приносят очевидную и видимую прибыль, в то время как Google инвестирует в долгосрочные проекты, такие как Waymo, квантовые вычисления, биотехнологии и энергетическая инфраструктура.
В то же время Google получает более 240 миллиардов долларов годового дохода от рекламы благодаря YouTube, поиску и Android.
Устойчивый денежный поток позволяет продолжать инвестиции в ИИ без давления на квартальную прибыль.
Ключевым моментом является интеграция трафика, данных и монетизации, которая позволяет Gemini интегрироваться в экосистему без привлечения новых пользователей - структурное преимущество, которое начинающим компаниям, работающим в сфере искусственного интеллекта, трудно повторить.
Рыночная капитализация Alphabet в 4 триллиона долларов отражает уверенность рынка в эффективности ее решений в области ИИ, интеграции в экосистему и коммерческой устойчивости.
В среднесрочной перспективе основное внимание рынка будет сосредоточено на способности Gemini переманивать пользователей у конкурентов и на том, смогут ли преимущества в стоимости TPU ускорить рост доходов от облачных услуг.
И тут на первый план выходит анализ главной компании от которой зависит буквально экономика США.
В 2025 году Intel находилась в состоянии управляемого краха, из-за капиталоемкого расширения заводов по производству микросхем (и снижения доли рынка) - компания теряла огромные денежные средства.
Вливание 5 миллиардов долларов от Nvidia последовало за 8,9 миллиардами долларов инвестиций от правительства США в начале этого года.
Но это не благотворительный спектакль, и Nvidia приобрела рычаги влияния, заняв место за столом переговоров с Intel, = Nvidia получает гарантированный доступ к собственным производственным мощностям и историческое соглашение о совместной разработке архитектуры x86.
Nvidia больше не просто разработчик чипов - теперь она является стратегическим партнером в производстве тех самых процессоров, с которыми раньше конкурировала.
Это веха в техноческо-экномической историию.
И теперь суперчипы будут интегрировать высокопроизводительные ядра процессоров Intel напрямую с флагманской картой Nvidia RTX.
Это обеспечивает пропускную способность, которая ранее была невозможна в унифицированной архитектуре.
Это прямой удар по рынкам высокопроизводительных ноутбуков и центров обработки данных.
Intel получает продукт, который люди действительно хотят покупать, а Nvidia получает возможность интегрировать свой стек искусственного интеллекта и графики в самое сердце всей экосистемы ПК.
Закрепление выше этого уровня откроет следующую восходящую фазу роста через максимум 212$ в направлении 250$, где как я ожидаю, продавцы вновь проявят активность.
Я не знаю, будет ли это вершиной, поскольку до этого нам еще предстоит пройти длинный путь.
И если кто-то хочет войти в рынок, можно открыть длинную позицию на разрыве вниз, с очень узким уровнем недействительности и с целью добавления при принятии выше 195$ или повторного входа, если стоп будет использован.
Ты платишь премиальную цену, но ты покупаешь премиальную компанию.
Если ты веришь, что революция ИИ начинается, оценка оправданна.
Если думаешь, что ИИ - пузырь, готовый лопнуть, она радикально переоценена.
Математика поддерживает бычий взгляд, но твой взгляд должен выдерживать волатильность.
Я вошел в сделку около 180$ и очень хочу получить 177$ - это наиболее вероятная область для формирования еще одного более высокого минимума, ниже которого, как упоминалось, структура становится гораздо менее привлекательной для немедленного роста.
Если вы предпочитаете дождаться более вероятной настройки, то вам нужно дождаться дневного закрытия выше 195$, а затем повторно купить открытие 2026 года в качестве поддержки сверху, ожидая продолжения роста до исторических максимумов и выше.
Мне трудно представить мир, в котором ИИ будет существовать бок о бок со всеми работающими сегодня людьми.
ИИ, вероятно, заменит большое количество работников начального уровня, людей, обрабатывающих документы без должного анализа, младших юристов, которые изучают юридические книги в поисках прецедентов, возможно, даже некоторых инвестиционных аналитиков, которые создают электронные таблицы и составляют презентационные материалы.
ИИ уже может расшифровать МРТ лучше, чем среднестатистический врач.
Вождение - одна из самых распространённых профессий в мире, и беспилотные автомобили уже появляются - где же найдут работу все те, кто сейчас водит такси, лимузины, автобусы и грузовики?
Я предполагаю, что ответом правительства в развитых странах станет своего рода стандартный базовый доход - они просто разошлет чеки миллионам людей, для которых нет работы.
Но мой тревожный настрой находит в этом проблему.
Откуда возьмутся деньги на эти выплаты?
В будущем, я ожидаю увидеть сокращение рабочих мест, что приведет к уменьшению поступлений от подоходного налога и увеличению расходов на социальные выплаты.
Это создаст дополнительную нагрузку на сокращающуюся часть работающего населения и повлечет за собой еще больший дефицит бюджета в будущем.
Смогут ли правительства в этом новом мире финансировать постоянно растущий дефицит?
А что будет в менее развитых странах, где проживают миллионы людей?
И что еще важнее, люди получают от работы гораздо больше, чем просто зарплату - работа дает им повод вставать по утрам (это может звучать ужасно), но это структурирует их день, обеспечивает продуктивную роль в обществе и чувство собственного достоинства, а также ставит перед ними цели, преодоление которых приносит удовлетворение.
Как все это будет заменено?
Меня беспокоит взаимосвязь между потерей рабочих мест в горнодобывающей и обрабатывающей промышленности в последние десятилетия и ростом наркотических зависимостей и сокращением продолжительности жизни.
И кстати, если мы уберем большое количество молодых юристов, аналитиков и врачей, где мы найдем опытных людей, способных решать серьезные проблемы, требующие рассудительности и распознавания закономерностей, отточенных десятилетиями?
Какие профессии не исчезнут?
К каким профессиям должны готовиться дети и внуки?
Что отличает лучших художников, спортсменов, врачей, юристов (и надеюсь), инвесторов?
Я думаю, это что-то вроде таланта или проницательности, которые ИИ может воспроизвести, а может и нет.
Но сколько людей на вершине этих профессий нам нужно в эпоху ИИ?
Наконец, меня беспокоит то, что небольшое число высокообразованных мультимиллиардеров, живущих на побережье, будут рассматриваться как создатели технологий, которые оставят миллионы людей без работы.
Это сулит еще большее социальное и политическое разделение, чем сейчас, и сделает мир благодатной почвой для популистской демагогии.
За свою короткую жизнь, я увидел невероятный прогресс, но во многом мне не хватает того простого мира, в котором я вырос.
Я боюсь, что это будет еще один большой прогресс, и боюсь, что мне не доставляет удовольствия это чтение.
Оптимисты, пожалуйста, объясните, почему я не прав?
Мы можем строить теории о том, является ли нынешний энтузиазм человечества чрезмерным по отношению к ИИ, но мы не узнаем этого до тех пор, пока не пройдут годы.
Пузыри лучше всего выявлять задним числом.
Возможно, бум производительности труда приведет к тому, что с тем же количеством рабочей силы можно будет производить гораздо больше товаров, но если из-за ИИ будет потеряно много рабочих мест, как люди смогут позволить себе дополнительные товары, производство которых станет возможным благодаря ИИ?
2025 год стал рекордным по количеству людей, достигших 65-летнего возраста, а десятки миллионов бэби-бумеров выйдут на пенсию в период с настоящего момента до 2034 года.
Может ли искусственный интеллект просто компенсировать это?
Вот вам мой оптимистичный взгляд.
